1. Селлин
2. http://fantasy-wave.com/showthread.p...561#post279561

3.Осесть в Варвайэне. Совсем не тот итог небольшой командировки в Город Духов, который
предрекал для себя Селлин. Так бывает: твои планы сдуваются карточным домиком и обращаются
в ничто, подобно смытому гребнем огромного цунами Аструму, руины которого ныне погребены
под толщей Эмпийского океана. Этот мир не лишен чувства юмора. Злого юмора, ироничного. Уже
дважды он забирает его дом, друзей и жизнь, предоставляя взамен призрачные возможности и
размытые обещания о новой счастливой жизни. Сказка для легковерных да и только. И все же
стоит признать, предложение Господина Башни в этот сложный момент оказалось спасательным
кругом для начинающего тонуть в обиде и злобе на Эмпию эфирида, у которого не было ни
объективных причин, ни моральных сил отказываться.
Ну что же – новая жизнь, новое начало, снова…
На время оставленный в одиночестве, Селлин, после исполнения своего первого заказа, знал, что
это еще далеко не конец, и для возрождения некогда погибшего Варваэйна придется приложить
куда больше усилий, чем требовалось для десятка рабочих моделей автоматонов. И дабы не
погружаться в пучины темных дум относительно своей судьбы, элементаль с рвением приступил
к новой работе, ставя перед собой новые задачи и желая внести более существенный вклад в
восстановление своего нового дома. Мало кто замечал его начинающиеся с малого труды
поначалу. Оно и неудивительно - группа маленьких, стальных сервиторов, снующая в пыльных
руинах, и своими цепкими, щелкающими манипуляторами коллективно куда-то стягивающая
плохо лежащий лом - не могла привлечь к себе много внимания, хоть и приносила неоценимую
пользу своему хозяину. Постепенно, своеобразное семейство «мусорщиков» выросло до
нескольких групп, и по мере появления в них первых немного нескладных стальных андроидов,
стало все чаще приковывать к себе взгляды живых и не мертвых. Не без гордости и довольного
лисьего прищура Селл, через всевидящее око своего наблюдателя, Эфора, следил за тем, как его
роботов начали осторожно привлекать к вспомогательным работам на стройках, только заряжая,
казалось, неустанного эфироса энергией и энтузиазмом. Была ли во всем этом заслуга Ринга,
совершенно точно знающего, чьих рук это дело, или же кого-то другого? Селлин не знал, но и
особого тому значения придавать не стал.
Многие недели пролетели незаметно в темпе интенсивной, тяжелой и не менее интересной
работы. Взамен полученным новым материалам, помощникам и одобрению «сверху», появилась
необходимость в более разнообразном спектре услуг. Не всё с этого момента, что выходило из его
рук - было роботами. Теперь широкие улицы, парки, дома и общественные заведения требовали
элементов благоустройства, и эфирный был рад заполнить пространство эхом, теперь столь
далекой Панделонской культуры, при этом не лишая и сам Варваэйн присущей ему
индивидуальности просторного и продвинутого города. Малыми шагами, разные части города
обрастали узорчатыми вывесками, скамейками, резными филигранными оградам и редкими, но
особо любимыми мастером металла, кинетическими скульптурами, движимыми силой
Эмпийской магии.
Возможно, последняя вещь сподвигла одну гостью навестить маленькую, но уже обжитую кузницу
маго-техника. Нежданной была встреча с той, с кем он встречался лишь единожды, на собрании
глав независимых организаций… Немертвая девушка, чья мелодия заставляла трепетать сердца
разумных, стоило лишь звуку её скрипки достигнуть их ушей. У Селла ушей не было, что не
мешало музыканту поднимать со дна элементального сознания пусть и не давно, а уже
позабытое. Но обсуждали эти двое вовсе не музыку. Поначалу было немного трудно настроиться
на волну леди Тантриаль: несколько продемонстрированных работ здесь, пара ловко обойденных
тем и пара сказанных слов там, и вот совместная беседа двух творцов рождает на свет
грандиозный замысел! То, чему в будущем будет суждено стать одной из главнейших
достопримечательностей ожившего города! Театр. Но не простой, даже не золотой. Живой!
Место, в котором сиденья и сама сцена приводились в движение сложными механизмами,
напоминая своего рода танец, предоставляя возможность наблюдать за постановками с разных
ракурсов, что наверняка не оставило бы равнодушным любого ценителя театрального искусства.
Да, работа масштабная, сложная и затратная, но в этом деле он был не один, получая
всестороннюю помощь от Силавена и Элиши, совместными усилиями, троица завершила этот
проект.
Такой долгий и продолжительный труд не мог не сказаться на эфириде. Сказать, что последующие
дни он пребывал в серьезном физическом и духовном упадке – значило сильно преувеличить. Как
бы ни пытался себя заставить – инструмент не ложился в руку, а любая мало-мальски стоящая
идея выветривалась из головы, стоило взять в руки ручку и блокнот для заметок. Уже больше
похожий на призрака, чем на что-то живое, он бесцельно бродил по улицам спасаясь от
навязчивых рассуждений на тему «Здоров ли этот Мир? Насколько он живой и почему бывает так
жесток и безразличен даже к тем, кто жил в нем всегда?», сопутствующие тому эмоции,
надвигались огромной приливной волной, грозясь смыть всё, что осталось от обессиленного
элементаля. Сдавшегося лишь закрывшегося руками от надвигающегося п****ца.
Но оказалось, не было никакой волны, лишь столкновение, Селлин, рассевшийся на пути в
полусознательном состоянии и причина столкновения, которая отдаленно могла бы и напоминать
волну, с того положения, в котором находился эфирид. Такую алую и пушистую, даже имя у неё
было – Азриэль Талассин – экс-солдат, ныне мастер ремесленник, аристократ Империи Самах и
просто химер с сердцем истинного драматурга, если судить по той фразе в момент столкновения.
Встреча, которую можно было смело заносить в список судьбоносных, поскольку даже не думало
заканчиваться будничным обменом извинениями. Мало того что химер, представителей народа
которого Селлин не встречал прежде, Азриэль приковывал к себе внимание не только как
персона, знающая если не всё, то очень многое в своем деле, но и хорошо знакомым чувством
эмоциональной двойственности, которое ощущал в Кирионе и Терре когда-то, а ныне еще и в
Силавене-Невиласе. Может этим и привлек, а может приветливостью и теплым отношением,
которое быстро стало взаимным и позволило вскоре общаться на менее деловые и официальные
темы, но Селл уже не смог себе позволить упустить знакомство с такой интригующей личностью, и
взяв небольшой перерыв, вызвался показать алому всю красоту уже отстроенных районов
былого Мертвого Города, не без демонстрации своих умений в маго-технике, которая, как выяснилось, не на шутку зацепила хвостатого. Но и для самого эфироса это знакомство было необычайно полезным,
ведь общаясь с Мастером Азриэлем, пока тот был в Варваэйне, не отлучаясь куда-то по своим
многочисленным делам, лишь сильнее уверился в том, как важно идти в ногу со временем.
Правда на деле пришлось не идти… а бежать… нестись, лететь! Только бы ухватиться самую
толику возможностей предлагаемых новым миром.
И для того, вскоре, появилось бесчисленное число таких возможностей. Слово за слово, памятуя
об обещании Господина Башни выделить Селлину новую мастерскую, и узнав о таком же
обещании Элю, парочка решила скоординировать усилия на одном месте, которое в будущем
получит гордое наименование мастерской-лаборатории «Золотое Крыло». Примерно в этот
период на зарождающиеся, обещающими быть крепкими и дружескими, отношения, выпадет
первое серьезное испытание. На то были свои причины, ведь даже упоминания о Сотолесе,
обители беззакония и святилище разрушений вызывали в эфириде отвращение, чего уж говорить
о предложении стать его частью, войдя в ряды сообщества «магов-аристократов». Явная ложь в
красивой обертке не интересовала элементаля, и тот ответил решительным отказом, охладев к
химеру на какое-то время, в собственных попытках переосмыслить свое новое знакомство. И все
же, не смотря на это, он помнил, в какой момент мохнатый появился в его жизни, а снова
начинающее заполнять нутро чувство одиночества побудило не подаваться неприятным
предрассудкам, дать волю любопытству и узнать о химере больше, предварительно, взяв с него
обещание, не возвращаться к этой теме.
Вместе с этим, жизнь претерпевала значительные изменения. Перебираться из своей небольшой
уютной кузни в Золотое крыло было делом не из простых. Внутреннее обустройство напоминало
ему о Тассалире, с её бездушной идеологией и серийным производством, вещами, которые
раздражали его больше всего. Понадобилось время, прежде чем эфирид, бурча на своего коллегу
за самодеятельность в выборе оборудования, потихоньку стал присматриваться к новеньким
мерцающим мониторам и современному оборудованию. А как работать иначе, когда упрямый,
гадкий химер пресекал любые попытки перенести сюда что-либо из старого места, отбраковывая
как «бесполезный хлам»? Даже наковальню, ставшую чуть ли не родной за последнюю пару
месяцев! Мастер добился своего, а Селл оказался немало удивлен, раскрывая возможности
новенькой лаборатории. Больше всего оценил конструкционные панели «Дедал», привезенные из
Талассином из Артели. Возможность проводить тесты моделей роботов и материалов в цифровой
реальности, позволили не на шутку разгуляться полету фантазии и вдохновения, пробуя новые
идеи и избегая излишних трат. Но в первую очередь эфирид рассматривал свою работу как
искусство, что, впрочем, не мешало, а где-то и способствовало получать заказы. В том числе и от
Силавена, уже давно интересовавшегося наблюдательными дронами для местной полиции. Селл
сделал больше, на всякий случай изготовив несколько боевых моделей, созданных, дабы оказать
помощь в урегулировании проблем, требовавших силовой подход.
Все больше времени проходило в размеренном темпе, правда, ровно до того момента, пока не
эмпат не стал замечать за собой, как жизнь, с каждым днем, с каждым оживленным роботом, всё
сильнее стремиться покинуть пределы хрупкой эфирной оболочки. Смерть дышит ему в затылок, а
ведь он еще так много не увидел! Столько новых идей не реализовано! Так много не открытого и
неизведанного. Снова оказавшись не в силах делать что-либо, он вернулся к прогулкам по
широким улицам города, судорожно пытаясь найти решение. Смерть – яркий закат жизни
эфирида и в целом, событие положительное, однако увидь его любой знакомый из прошлого
сейчас, заклеймил бы Селлина предателем рода элементальского, лишь за саму мысль о бегстве
от неё. Но не было того Селлина, а навязчивый голос Панделлона не звучал в его голове уже
больше года, и это значит что никто не смеет говорить ему когда и как он должен умирать. План
созрел достаточно быстро под сводами «черепной коробки», он был прост на слух, а главное
осуществим – нужно лишь перенести свое сознание в подходящее тело. В носитель, который он
изготовит сам. Была лишь одна проблема – вопрос с переносом сознания, требовавший
полноценного раскрытия псионического потенциала эфироса, что потребовало бы экспериментов.
Грязных, преступных и скорее всего, летальных. В Варваэйне подобная деятельность может плохо
кончиться, а вот Сотолес… Уняв дрожащие руки, он вернулся в Золотое Крыло, чтобы день за
днем, узнавать у Мастера Талассина о том свете, что не разглядел когда-то в тьме Сотолеса.
Заметил ли химер шаткую уверенность, отрешенность и напускной скепсис своего коллеги? Селл
не мог сказать наверняка, но мохнатый был только рад расписать общую картину в самых
выгодных для себя красках. Узнавать в чем подвох не было времени, а вот возможность
проводить эксперименты соответствующие его целям, не вызывая лишних вопросов со стороны –
весьма подкупала, и эфириду пришлось вернуться в город на Хреше, далеко не навсегда, и не как Селлин, но как новая протеже Кровавого Герцога - Архитектор.
Ряд случайностей, порой глупых, стал вереницей на пути становления этой роли, кирпичик за
кирпичиком выстроив нелепую конструкцию, для любого здравомыслящего не имеющая никакого
смысла. Белая маска, скрывала лицо, воспринявшего речь о маскараде слишком буквально, а не
видя лица, по безликому голосу и правильно подобранной одежде, определить пол собеседника
бывает порой очень сложно. Кто-то определил его как женщину, Селлин где-то внутри не стал
возражать, ведь даже мужчиной считать его было нельзя. Открытая и прямолинейная, сводящая
людей с ума девушка. В прямом смысле. Так шептали голоса в махровых коридорах замка,
утверждали, будто дверь в её комнату в Доме Предателей - путь в один конец, из которого
возвращаются пустые оболочки, годящиеся, разве что, для некромантов. Слухи слухами, но они
были приближены к правде сильнее, чем многие могли себе представить…
Впрочем в остальном, слишком ярких эмоций эта фигура не вызывала в игре лоска, крови и лжи.
Очередная особа со своими тараканами в голове терялась на фоне многих других, но никак не для
тройки хищных глаз, следящих за новым лицом из далекого, темного угла, и заметив которые
потоки эфира сжимались в одной точке, а личность Архитектора с внутренними воплями спешно
уносила ноги, где бы не происходила эта встреча. В театре, замке, улицах Сото. Своебразная игра в
пятнашки, которая больше походила на охоту, заставила натерпеться страху за свою жизнь,
прежде чем мало по малу, девушка столкнулась со своим преследователем лицом к лицу, едва не
вывернув себе шею, просто в попытке посмотреть в его глаза. Майкрофт Дум, как представился
впоследствии незнакомец, что удивительно – был доктором в больнице на территории
Куклодома, наповал бьющий лишь подобным способом знакомства. И тем не менее, это не
помешало ему случиться новому и в будущем со смехом вспоминать эту небольшую историю.
Веселья, с другой стороны, было не особо много для Селла. Да, маска Архитектора позволяла
проще смотреть на некоторые вещи, в ней было проще обвыкнуться с новым образом жизни,
было проще обесценивать жизни рабов приводимых к ней. И пусть их жертва не была совсем уж
напрасной: тонкие манипуляции с памятью и волей проходили уже без особых трудов; но главной
своей цели псионику не удалось добиться, разрушая один разум за другим при каждой попытке
вытянуть его из одного носителя и поместить в другой. Нужен был отдых, и он получил его, спустя
недели отсутствия вернувшись в Варваэйн и приняв заказ от Мастера Талассина. Был огромный
риск лишить себя драгоценного времени или раскрыть свои цели и наличие пси-способностей,
которые он скрывал даже до сих пор даже в этом месте. Но к счастью, заказанный автоматон
оживлять не пришлось, а посему Селлу было даже в радость использовать все свои знания, силы и
вдохновение, чтобы собрать для ассистента Рео боевой корпус андроида со встроенными 21
модификаторами.
Надо сказать, работать для ИИ было необычным делом. Желаемый дизайн
корпуса разительно отличался от тех, что ему приходилось делать для своих… более органических
клиентов. Было приятно почерпнуть от него несколько идей на будущее и получить обещание
поработать над подобным позже, а пока…
В мире наступали все более неспокойные времена. Активизация лидеров Золотой Армии
встревожила эфирида, сейчас всерьез опасающегося угроз для Варваэйна, его нового дома, и
усилий, которые в него были вложены. И вместе с тем в этом он видел прекрасную возможность
для себя – ведь разузнав больше о технологии создания сверх солдат Золотой Армии, Селлин
получит в свое распоряжение превосходный носитель для своей души. К достижению цели вело
два пути – стать сторонником Золотой Армии и стать врагом всему миру или же встать на сторону
их врагов, заполучив оппонента сокрушительную мощь которого еще предстояло осмыслить. Как
бы там ни было, он не позволит подобной дилемме остановить себя. Ведь впереди ждет новая
жизнь, новое начало…