Слова Авигеи сами по себе вряд ли могли бы воздействовать на ландскнехта, но их произносил ребенок. Своих детей Том, может, и не имел, но к чужим относился неплохо, что, собственно, и вынудило его встать между Николосом и девочкой. Так что он полуобернулся к ней и усмехнулся:
- Пока не пошли в ход мечи - это не ссора.
Попытка успокоить неловкая, грубая, как и сам наёмник, и вряд ли хоть сколько-нибудь действенная. Шилби это осознал спустя пару секунд после того, как замолчал, но момент что-то добавить был упущен, поэтому он предпочел повернуться к Авигее спиной.
И тут происходящее понеслось галопом настолько неожиданно, что весь боевой запал мужчины и готовность отстаивать члена своего отряда потухли как свечка на ветру. Только тут в качестве ветра выступала очередная порция чувства "какого хрена здесь творится?". Это было сродни ушату ледяной воды. И не свежей из колодца, а дождевой, застоявшейся и грязной. Из-за этого в ответ на слова главы стражи и хозяйки Каменска он смог произнести только:
- О как.
После подобных откровений Шилби был не очень уверен, что хочет продолжать участвовать в этом цирке. Особенно с учетом того, что их работодатель еще даже плату за их работу в сокровищнице не то что не отложил аккуратными горками монет, но даже не скопил. Поставленные задачи Том всегда выполнял исправно и никогда не брался за работу, если был шанс провала именно из-за его, Томаса, несоответствия ей. И от нанимателя тоже ждал гарантированной платежеспособности. На его взгляд это было честно. А нынешняя ситуация, осложняющаяся наличием не особо материальных врагов, оказывается, по итогу может и не окупиться. Это был большой минус в копилку доверия ландскнехта к Дугласу. Правда, толку с этого было ровным счетом ноль. Поэтому он решил, раз Авигея пытается разговорить хозяйку замка, послушать их диалог, а потом постараться поселить девочку в своих покоях - в конце концов наёмник чувствовал косвенную вину за то, что она осталась совсем без защиты - и, наконец, завершить этот излишне насыщенный вечер сном.